Выключение элекТРОНики
Apr. 21st, 2011 05:13 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
tsvoffКак-то я и не заметил, что с выхода мартовского номера журнала "Если" прошло больше месяца, а значит, вполне уже можно выложить мою статейку про "TRON: Legacy". Я там пишу вещи достаточно спорные, но что-то сложилось у меня ощущение, что спорить о них ни у кого желания не возникло. Жаль, ну да ладно.
Выключение элекТРОНики
В эпоху Веб 2.0 каждый стремится поделиться с миром впечатлением от прочитанного или увиденного. Конечно, не всякую книжную новинку, теле- или кинопремьеру сопровождает лавина отзывов, однако в случае с последовавшим спустя 28 лет продолжением культового «Трона» желающих высказаться оказалось более чем достаточно.
Реакция критиков, как самодеятельных, так и профессиональных, на «Трон: Наследие» весьма любопытна. Первыми отписались те, кто увидел в картине лишь великолепный визуальный аттракцион. Действительно, результаты 68 недель работы над уже отснятым материалом (сами съемки заняли 64 дня), впечатляют – гонки на светоциклах, воздушные бои, поединки на дисках, и все в «настоящем», а не конвертированном 3D, созданном при помощи самых передовых технологий, - от этого просто захватывает дух.
Кому-то этого хватило, кому-то – нет. Те, кто оказался разочарован, старались рационально объяснить свое «не понравилось». Один из наиболее часто звучащих упреков – чересчур незамысловатый сюжет, особенно, если учесть, что для работы над ним пригласили сценаристов сериала «Остаться в живых». Тем не менее, в истории 27-летнего Сэма Флинна, очутившегося в виртуальной реальности, ставшей тюрьмой для отца Сэма, Кевина, достаточно драматичных поворотов, любви, предательств, раскаяний и чудес.
Еще одна распространенная претензия к новому «Трону» (как, впрочем, и к старому) – «на самом деле программы так себя не ведут». Судя по обилию в Интернете подобных «разоблачений», многие шли в кинотеатр на экранизацию учебника по программированию. Что ж, таких можно только пожалеть – ошиблись сеансом.
За первой волной отзывов пришла вторая. Теперь за перо (точнее, за клавиатуру) сели те, кто смог разглядеть в сюжете сиквела коллизию «сын Творца является в сотворенный мир для спасения его обитателей» - и сочли фильм парафразом евангельского сюжета. Правда, их смутил финал: отчего в финале жертвует собой не сын, а отец, сводя на нет все библейские параллели?
Все встанет на свои места, если вспомнить первый «Трон». Несмотря на то, что его создателей консультировал «отец» объектно-ориентированного программирования Алан Кей, компьютерные технологии в «Троне» – лишь антураж. Замена Мастер-контроля на Темного Властелина, его программ-приспешников – на каких-нибудь гоблинов, а порта ввода/вывода - на магический портал не нанесет никакого ущерба сюжету. Отчего бы не предположить, что сюжет фильма сам по себе - результат подобной замены, аллегория: преследование программ за веру в создавшего их Пользователя, устроенные для казни верующих игрища, больше напоминающие гладиаторские бои, наконец, спасение гонимых путем явления в виртуальный мир самого Пользователя, принявшего вид наделенной сверхспособностями программы… Очевидно, что перед нами изложенный языком компьютерных терминов и образов рассказ о христианстве. Конечно, христианские постулаты воспроизведены не буквально, что-то опущено, что-то упрощено, а кое-что изменено в угоду занимательности повествования. В жанре фэнтези нечто похожее проделал в свое время Клайв С. Льюис в цикле книг о Нарнии.
Компьютерный мир «Трона» - своеобразный макет мироздания в масштабе, воплощающий идею: люди – это наделенные свободой воли «программы», пользователем и создателем которых является бог. В пользу такой трактовки говорит концовка первого фильма: новый глава компании ENCOM встречает друзей словами «Привет, программы!», а мегаполис с наступлением ночи становится очень похож на виртуальный мир. Роль вочеловечившегося Спасителя в этой модели отводится оцифрованной личности программиста Кевина Флинна. Сиквел с появлением сына не превращает Кевина в «Бога-отца», а лишь дает ему возможность до конца исполнить миссию спасения. И Кевин Флинн, в полном соответствии с евангельским сюжетом, жертвует собой, чтобы открыть дорогу в мир людей, играющий для обитателей виртуальности роль рая, готовой к этому программе.
Вполне вероятно, что сценаристы сиквела ничего подобного в виду и не имели, а просто следовали логике истории, рассказанной в первом фильме. Более того, может быть, что и Стивен Лисбергер, срежиссировавший «Трон» и выступивший одним из продюсеров «Трона: Наследие», хотел снять просто сказку про видеоигры с крутыми спецэффектами. Библейские же образы возникают исключительно в мозгу смотрящего. Или не возникают, уступая место другим вариантам прочтения. Собственно, многообразие возможных трактовок – одна из черт, отличающих подлинное искусство от имитирующих его поделок.
Выключение элекТРОНики
В эпоху Веб 2.0 каждый стремится поделиться с миром впечатлением от прочитанного или увиденного. Конечно, не всякую книжную новинку, теле- или кинопремьеру сопровождает лавина отзывов, однако в случае с последовавшим спустя 28 лет продолжением культового «Трона» желающих высказаться оказалось более чем достаточно.
Реакция критиков, как самодеятельных, так и профессиональных, на «Трон: Наследие» весьма любопытна. Первыми отписались те, кто увидел в картине лишь великолепный визуальный аттракцион. Действительно, результаты 68 недель работы над уже отснятым материалом (сами съемки заняли 64 дня), впечатляют – гонки на светоциклах, воздушные бои, поединки на дисках, и все в «настоящем», а не конвертированном 3D, созданном при помощи самых передовых технологий, - от этого просто захватывает дух.
Кому-то этого хватило, кому-то – нет. Те, кто оказался разочарован, старались рационально объяснить свое «не понравилось». Один из наиболее часто звучащих упреков – чересчур незамысловатый сюжет, особенно, если учесть, что для работы над ним пригласили сценаристов сериала «Остаться в живых». Тем не менее, в истории 27-летнего Сэма Флинна, очутившегося в виртуальной реальности, ставшей тюрьмой для отца Сэма, Кевина, достаточно драматичных поворотов, любви, предательств, раскаяний и чудес.
Еще одна распространенная претензия к новому «Трону» (как, впрочем, и к старому) – «на самом деле программы так себя не ведут». Судя по обилию в Интернете подобных «разоблачений», многие шли в кинотеатр на экранизацию учебника по программированию. Что ж, таких можно только пожалеть – ошиблись сеансом.
За первой волной отзывов пришла вторая. Теперь за перо (точнее, за клавиатуру) сели те, кто смог разглядеть в сюжете сиквела коллизию «сын Творца является в сотворенный мир для спасения его обитателей» - и сочли фильм парафразом евангельского сюжета. Правда, их смутил финал: отчего в финале жертвует собой не сын, а отец, сводя на нет все библейские параллели?
Все встанет на свои места, если вспомнить первый «Трон». Несмотря на то, что его создателей консультировал «отец» объектно-ориентированного программирования Алан Кей, компьютерные технологии в «Троне» – лишь антураж. Замена Мастер-контроля на Темного Властелина, его программ-приспешников – на каких-нибудь гоблинов, а порта ввода/вывода - на магический портал не нанесет никакого ущерба сюжету. Отчего бы не предположить, что сюжет фильма сам по себе - результат подобной замены, аллегория: преследование программ за веру в создавшего их Пользователя, устроенные для казни верующих игрища, больше напоминающие гладиаторские бои, наконец, спасение гонимых путем явления в виртуальный мир самого Пользователя, принявшего вид наделенной сверхспособностями программы… Очевидно, что перед нами изложенный языком компьютерных терминов и образов рассказ о христианстве. Конечно, христианские постулаты воспроизведены не буквально, что-то опущено, что-то упрощено, а кое-что изменено в угоду занимательности повествования. В жанре фэнтези нечто похожее проделал в свое время Клайв С. Льюис в цикле книг о Нарнии.
Компьютерный мир «Трона» - своеобразный макет мироздания в масштабе, воплощающий идею: люди – это наделенные свободой воли «программы», пользователем и создателем которых является бог. В пользу такой трактовки говорит концовка первого фильма: новый глава компании ENCOM встречает друзей словами «Привет, программы!», а мегаполис с наступлением ночи становится очень похож на виртуальный мир. Роль вочеловечившегося Спасителя в этой модели отводится оцифрованной личности программиста Кевина Флинна. Сиквел с появлением сына не превращает Кевина в «Бога-отца», а лишь дает ему возможность до конца исполнить миссию спасения. И Кевин Флинн, в полном соответствии с евангельским сюжетом, жертвует собой, чтобы открыть дорогу в мир людей, играющий для обитателей виртуальности роль рая, готовой к этому программе.
Вполне вероятно, что сценаристы сиквела ничего подобного в виду и не имели, а просто следовали логике истории, рассказанной в первом фильме. Более того, может быть, что и Стивен Лисбергер, срежиссировавший «Трон» и выступивший одним из продюсеров «Трона: Наследие», хотел снять просто сказку про видеоигры с крутыми спецэффектами. Библейские же образы возникают исключительно в мозгу смотрящего. Или не возникают, уступая место другим вариантам прочтения. Собственно, многообразие возможных трактовок – одна из черт, отличающих подлинное искусство от имитирующих его поделок.
